M andrenalin
НЕТература!

Фиолетово. Мне все
Главная Генерация Книга М Заключения Схема М English Карта сайта




Легенда
Кольцо. Все М
Кольцо. Все М


Строящаяся. Новое М
Строящаяся. Новое М


Не прислоняться. Правила
Не прислоняться. Правила


Фиолетово. Мне все
Фиолетово. Мне все


Цвет поноса. Революция!
Цвет поноса. Революция!


Голубое. Где все?
Голубое. Где все?


Красная. Легенды СССР
Красная. Легенды СССР


Зеленые. Геноцид + ксенофобия
Зеленые. Геноцид + ксенофобия


Звездно-полосатая. Must die!
Звездно-полосатая. Must die!


Черная. Бездомные, кошки, женщины
Черная. Бездомные, кошки, женщины


Пьяная дорожка. Легкое М
Пьяная дорожка. Легкое М



станции
Асахаровская станция
Асахаровская


Изобразительный сад. Галлерея
Изобразительный сад


Пьянь мерзкая станция
Пьянь мерзкая


Проспект лузеристов станция
Проспект лузеристов


Конечная
Конечно я




номинация Мир ПК
AndreNalin.ru номинирован журналом "Мир ПК" в качестве лучшего сайта 2004 года

.
Генерация
№ 00693
Кыргындыгынский язык. По мере того, как Москва пополнялась пришельцами из бывших союзных республик, ставших самостоятельными государствами, а не частями России, формировались своеобразные этнокультурные автономии. В этих закрытых сообществах были установлены свои местечковые конституции на основе клановой и родо-племенной этики. Этносообщества были монокультурны и вступали в контакт с внешней Москвой (то есть в реальности не с внешней, а внутренней, натуральной) только при найме квартиры, торговле на рынке, найме работников/работниц для торговли в палатке/павильоне, проверке документов милицией, найме киллеров для уничтожения конкурентов из славянских группировок. Их женщины сидели дома, и их никто не видел. Над Москвой нависала трагедия Косова, когда нас начнут бомбить объединенные силы НАТО и Лиги арабских государств. Но не такова Москва! Не такова!
Для нас нет проблем жить под оккупантами, хоть лет сорок под поляками, хоть под французами, хоть под черт знает кем. Но мы не отдадим наше Косово поле, наш сорок первый год. Конвергенция! Ее академик Сахаров придумал. Я стоял с женой около четырех часов на жестоком московском морозе к его гробу. Но не достоялся, замерз, плюнул и ушел. Жена тоже ушла. А у меня тогда была классная американская (реально - корейская, но привезенная из Америки) аляска на гагачьем пуху. А опушка на капюшоне - из койота. Вероятно, из съеденной южными корейцами собаки, но на лейбле было написано - североамериканский койот. И все равно я замерз. И жена.
Но идея конвергенции - чисто московская - после смерти Сахарова продолжала жить. Страшные бабы южных пришельцев сидели дома, чесали свои чудовищные ляжки, непрерывно говорили друг с другом и готовили жратву, жратву, жратву, но их дети ходили в школы. Их мужья, общаясь с милиционерами во время проверки документов и оплаты этой проверки, постепенно разбавляли собственную ментальность московской. Знакомство с пивом для восточных пришельцев с юга стало критическим. Конвергенция! Молодец, Сахаров!
Очень скоро новые московские народы потеряли свою самость, как и все мы. Анклавы утратили центростремительную силу. Их представители утратили смысл жизни (как и все мы). Завоеватели Дикого Запада (в нашем случае - Москвы) стали курить коноплю и слушать Greatful Dead (в нашем случае - пить водку и слушать Разенбаума). Национальности умерли. Не хочется никакого параноидального пафоса, но нельзя не признать: Москва - это тигель, великий плавильный котел, в котором сплавляется все самое агрессивное, стремящееся, воюющее, со всех сторон приезжающее, сплавляется в одну нацию. Мы - русские? Не смешите меня. Не смешите мои носки. Мы - другое. Мы столица третьего Рима. (А не Берлин). А четвертому Риму не бывать!
Но это так, реплика в сторону.
Итак, новые национальности умерли (в этносоциокультурном смысле), но их представители остались. Они выделялись среди других москвичей величиной и формой носа, более смуглой кожей, повышенной волосатостью. Утратив национальность, они массово стали испытывать комплекс невосполнимости. Ну, то же ощущение социокультурной неадекватности, которое довлеет над гражданами рухнувших империй. Так родился кыргындыгынский язык.
Кыргындыгынский имеет в своей основе смесь тюркских и ордынских языков. Его отличительной особенностью является то, что на нем легко говорить, интуитивно-просто, но его невозможно понять. Его слова, точнее, логемы не имеют определенного смысла. Правда, они имеют неопределенный смысл. Таким образом, каждое слово и каждый звук (морфема) в к.я. (кыргындыгынском языке) не имеет содержания, точнее, имеет крайне расширенное содержание - любое. Представители бывших национальностей, общающиеся на к.я., понимают друг друга интуитивно, но вынуждены в процессе переговоров иногда переходить на русский, чтобы уточнить сумму и условия договора и вообще - о чем идет речь. К.я. - язык будущего.

#

Когда он узнал, что жена ему изменяет, самурай Хиросима Нагасаки сделал такую запись:
Ты нанесла мне несмываемое оскорбление.
Ты сломала мою жизнь.
Ты причинила мне невыносимые страдания.
Вот три пункта в моем счете - салат, горячее и десерт.
Но все это имеет значение только до тех пор, пока ты для меня что-нибудь значишь. Ergo… Или пока я жив. Ergo…

Совершенно непонятно, почему самурай в древней Японии пытается использовать латинское выражение. Ergo…

#

Недолелки, неполадки.
Неполадки, недоделки.

#

Если умереть, когда захочется, нельзя, а быстро сойти с ума не получается, то можно предложить себя для экспериментов по волновой передаче ДНК. Когда-нибудь она заменит привычное метро.

#

Огнемет Шмель - вот решение всех вопросов. Конечно, ядерное оружие - тоже хорошая вещь. Но широта охвата наказанием не искупает его недостаточной адресности. Хотя, конечно, вовсе не значит, что пострадавшие случайно (несколько млн) не заслуживали наказания. Заслуживали. Но так, на скорую руку, оптом, шаляй-валяй не наказывают. Никакого удовольствия. А Шмель - хорошая штука.

#

Ведь хотел же начать новую жизнь! Думал, буду пить водку, перестану следить за весом... Не вышло.
Ну, ничего, не вышло сегодня, начну новую жизнь завтра. В крайнем случае, с первого.

#

Лучших мастеров тянет под землю. Подземка Бессона, Подполье Кустурицы. Наверное, у Китано тоже есть что-нибудь про метро, но я недостаточно хорошо знаю творчество этого японского кинорежиссера.

#

В метро стало меньше пьяных. За тридцать с лишним лет наблюдений я приобрел возможность оценивать количественный состав отдельных групп граждан с процентной точностью. Пьяные сократились с пятнадцати процентов до менее процента.
Я не склонен воспринимать это как признак улучшения нравов, скорее это - изменение потребительских привычек. Раньше человек напивался после работы два раза в месяц, получив заработанные деньги, а также по случаю редких дней рождений и юбилеев. Соответственно, его организм не был привычен к разовому значительному принятию алкоголя. Двести пятьдесят грамм ломали нас (без закуски).
Это во-первых. А во-вторых, все выпивалось сразу и везлось в себе, встряхиваемое на рельсовых стыках, до самого дома. Путь пьяного тянулся от работы до квартиры, и единственное, что этот путь прерывало, были переходы в метро.
Не так теперь. Все пьют помногу и ежедневно, соответственно, организм заключает с человеком договор, по которому старается сохранить дееспособность при непревышении определенной дозы. Превышение наносит ущерб, несопоставимый с исполнением договора. Причем с обеих сторон.
А еще теперь человек вовсе не обязан пытаться выпить все сразу до конца. Его еще ждет множество соблазнительных киосков у метро, и скорее всего, заканчивать он будет непосредственно дома.
Так стирается грань между работой и жильем.

#

Добро должно быть с кулаками. Кулаки должны беречь свое добро, не отдавать его, оставлять при себе. А то станут середняками или даже бедняками.

#

От Гоголя никуда не уйдешь. Гоголь, как сексуальный маньяк, все время кружит где-то рядом. В шинели, а под ней - ничего.

#

Существует грань между свободой художника и оскорблением чувств другого человека, и люди, которые намеренно переходят эту грань ради провокации, дешевой славы и ради того, чтобы скрыть отсутствие настоящего таланта, эти люди должны быть отторгаемы обществом.
Чаплин

#

Меня часто спрашивают, почему я бросил пить. Да чтобы не быть смешным. Пьющий покойник - да надо мной смеялась бы вся Москва. Да и денег жалко. Пьющий труп - это нонсенс. Пьяный мертвец - это что-то из пиратских песен, что-то детское.

#

Я начал разговаривать с объявлениями, которые делаются на эскалаторах. Пожалуй, это хуже, чем разговаривать с телевизором. Наверное, это совсем плохо.
Хотя, с другой стороны, как тут смолчать? Сообщают, что будто подсчитано, что на красном сигнале светофора в среднем экономится одиннадцать секунд, а между тем в Москве под колесами транспорта, такая вот байда, погибает сто тысяч в год, перебегающих именно на красный.
Посчитали! А сколько времени сэкономлено, забыли посчитать! Уж точно из этих одиннадцати секунд сложились не годы и десятилетия, а целые жизни. И не сто тысяч, а миллион. Минимум!

#

Это он? А вдруг это он? Я заглядываюсь на красивых мужчин, пытаясь угадать любовника своей жены. Москва - город маленький, вероятность такой встречи чрезвычайно высока. Привлекательные мужики - а их оказалось в Москве на удивление много, всего раз в сто меньше, чем красивых женщин, - конечно, замечают мой нездоровый интерес. Надеюсь, они считают меня грязным пидором. Это не так позорно.

#

Потерять любимого человека - это все равно что лишиться воздуха. В горле спазм, мучительно хочется вздохнуть, а нельзя, и перед глазами гуляют такие некрасивые темно-зеленые круги, как будто тонешь. Неприятно. Этого вынести нельзя, это погубит любого.
Но не таковы пассажиры метро. Они настолько привыкли обходиться без кислорода, что потерять любимого для них - просто плюнуть и растереть. Нет, конечно, на разбитое сердце нам не насрать, но без воздуха мы можем долго. Даже после аварии на подводной лодке пассажир метро проживет на двадцать часов дольше остальных матросов, не задохнется, и его, может быть, даже спасут.
Да и на разбитое сердце ему все-таки насрать.

#

И пусть мой образ жизни - это пытки. По крайней мере, мне не скучно.

#

Конечно, сволочь. Но улыбка хорошая.

#

Герасим все ходил и твердил свое Мм-м, Мм-м... Я знаю, что он пытался сказать. Мудаки вы все, мудаки. А иногда: Мудак я, какой же я мудак.

#

Лузерист - не лузер (англ. looser - проигравший, неудачник, мудак). Лузерист - бульдозерист, он бульдозером проходит по своей судьбе, оставляя ровную площадку. Тридцать лет на ней и травинка не растет.

Продолжить ознакомление
прислать фотку из метро
продолжить ознакомление завтра
вынести заключение
заказать CD-диск

тИЦ andrenalin.ru

Еще сайты о метро

RSS-переход
эскалатор



Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru liveinternet.ru